Перовская и Желябов: Перовская. Выбор пути.: Был ли возможен «другой путь»?

Оксана Иванова, Продвинутый (69), 8 дней назад

На деле это была группа заговорщиков, не имеющая никакой поддержки в народе. Еще на Липецком съезде в 1879 г., где собственно и началось формирование «Народной Воли», был поставлен вопрос о цареубийстве. Уничтожение императора было признано неизбежным.

14 ОТВЕТОВ
Иван Блинов, Оракул (1148), 8 дней назад


Тимур, Новичок (3), 8 дней назад

Вместе с другими были арестованы Ольга Натансон и Алексей Оболешев.


Иван Ануфриев, Ученик (13), 8 дней назад

Вообще, в ее натуре была и женственная мягкость, и мужская суровость. Она представляла собой редкое сочетание женской мягкости и стальной закалки до мозга костей убежденного борца – революционера. Перовская фанатически была убеждена, что революция в России назрела. Вот увидишь, — говорила она мне – еще год, два – и революция в России начнется». В итоге они были арестованы, а т.к. в кармане у одного из них завалялась бумажка с несколькими важными адресами, результатом стала серия арестов, очень сильно ударивших по «Земле и воле»). Этой бытовой расхлябанности, по свидетельству Кравчинского, были полностью лишены только 2 человека: Александр Михайлов и Софья Перовская. Софья Перовская принадлежала к числу наиболее цельных и ярких представителей этого типа революционных деятелей. Трудно было найти человека более дисциплинированного, но вместе с тем более строгого. Во всем, касающемся дела, она была требовательна до жестокости, и о ней говорили недаром, что она способна довести человека до самоубийства за малейший промах. Но, строгая к другим, она была строже к себе самой. Чувство долга было самой выдающейся чертой ее характера. Она культивировала в себе эту суровую добродетель, точно желая вытеснить ею все прочие стороны своей натуры, казавшиеся ей вылитыми из слишком непрочного металла. И действительно, при своей железной воле она сумела выработать из себя истинного стоика, способного выносить, не согнувшись, самые ужасные удары судьбы. Никогда никто не слыхал от ней ни одной жалобы, ни одного стона. Она все умела таить в себе, подавляя нравственную боль, презирая физические страдания. Софья Перовская была не только руководителем и организатором; она первая шла в огонь, жаждая наиболее опасных постов. Это-то и давало ей, быть может, такую власть над сердцами. Такие люди революционной страсти и революционного долга не всегда бывают политическими стратегами и пламенными трибунами, но часто становятся замечательными организаторами. Перовская, сколько можно судить о ней по сохранившимся свидетельствам, не была ни теоретиком, ни политическим стратегом. Она была революционером высокой моральной закалки и крупным революционным организатором. Что еще следует подчеркнуть, она была полностью лишена черт истеричности и экзальтированности, присущих некоторым великим революционеркам, например, Марии Спиридоновой. Она видала все вещи в их настоящем свете и в настоящую величину, и своей логикой без всякой пощады разбивала иллюзии своих более восторженных товарищей. Бездеятельность была для нее наибольшим мучением. Этим дело не ограничивалось.


Старик х@табыч, Продвинутый (96), 7 дней назад

Покровский считает мужицкую неприязнь к «бездомовным пролетариям» буржуазной точкой зрения, однако в реальности эта неприязнь объяснялась другими причинами. Хотя этот барин «работал батраком» в правлении железной дороги (!!!), он все равно был для крестьян не самостоятельным хозяином, а наемным работником. Покровский приводит два свидетельства из народнический воспоминаний о настороженном отношении даже бедных, но имевших собственное хозяйство крестьян к «бездомовным пролетариям». В тех краях крестьяне очень неохотно пускали в свой дом прохожих. Крестьяне чуть-чуть побогаче прямо отказывали нам в ночлеге или без всяких разговоров, или высказывали кратко и бесцеремонно свой взгляд относительно нечистоты на руку вообще прохожих. Крестьяне крайне неохотно пускали нас к себе на ночь, так как наша сильно поношенная, почти оборванная одежда явно возбуждала у них подозрения. Надо сознаться, что этого мы всего менее ожидали, когда пускались в наше путешествие под видом рабочих. В данном случае отпадала загадка с установлением подлинной личности агитатора. Вообще, при работе в крестьянстве народникам пришлось столкнуться со множеством трудностей, не предвиденных ими, но являвшихся неизбежным следствием деревенских взаимоотношений. Нравственно я чувствовала себя очень хорошо: вот добралась до цели – я в народе – так спокойно на душе, чувствуешь, что ни на кого не давишь. В беседах крестьяне были вполне откровенны, в критике существующего не стеснялись, книжки мои читались грамотными довольно охотно, но и только. Не проявлялось никаких намеков на зарождение революционной самодеятельности. Наконец, многое зависело от талантливости или бестолковости самих пропагандистов. Но в основу ее были положены не теоретические идеалы будущего, но нужды и требования, уже в данное время сознанные крестьянством» ( 6, с.247). Изменение принципов революционной деятельности не ограничивалось подобным программным преобразованием. Оно имело более широкий характер. До и во время хождения в народ революционное движение, как мы уже говорили, представляло собою совокупность слабо связанных друг с другом кружков. Конспирация соблюдалась слабо, нелегальных, живущих по подложным паспортам революционеров было немного. Все это функционировало, пока аресты и репрессии не приобрели сплошной характер, но в 1874г., когда были арестованы тысячи человек, старая система показала свою непригодность. Эта группа, однако же, представляла собой переходную формацию, и уже в 1875г. была разгромлена арестами. Более серьезную попытку создать нелегальную организацию предпринял, отбыв ссылку, Марк Натансон. Он объединил остатки петербургских чайковцев (весь кружок в целом был разгромлен репрессиями к марту 1874г.) с революционными группами Харькова и Ростова. Вскоре к ним присоединился исключенный за студенческие волнения из университета Александр Михайлов, в чьем лице организация приобрела чрезвычайно крупную величину. Выступал оратор «Земли и воли» (т.е. Плеханов) и на похоронах Некрасова. Но приоритетной для «Земли и воли» вплоть до начавшегося в 1878г. кризиса организации была работа в деревне. По сравнению с периодом хождения в народ, поменялся не только характер пропаганды, но и формы и методы деревенской работы. Летучую пропаганду под видом «бездомовных пролетариев» сменили поселения в крестьянстве, и революционеры-землевольцы устраивались работать в деревне в качестве писарей, учителей, фельдшериц и т.п. Ориентацию на деревенский пролетариат сменяет ориентация на трудовое крестьянство, эксплуатируемое государством и капиталом, не применяющее наемного труда, но сохраняющее собственное хозяйство. Осуществленный «Землей и волей» переход к тактике поселений в народе (1876 – 1879гг.) был ответом на трудности, встреченные народниками в период бродячей пропаганды. Приезжий прокурор, спросив крестьян села, где работала фельдшером Вера Фигнер, что они думают о ней, услышал в ответ восторженные отзывы. Возмущенный, он воскликнул «Ведь это – враги царя, враги закона», на что последовал ответ: «Насчет этого ничего не могу, вам, барин сказать. А что она вот какой человек, как я вам докладывал, это истинно так, как перед богом говорю» (25, с.209). Нам уже встречалась фамилия народника Алексея Боголюбова. Его судьба – ответ тем, кто с умилением расписывает райскую жизнь при царизме вообще и идиллию, якобы существовавшую при царизме для политзаключенных в особенности. Боголюбов был случайно арестован после демонстрации у Казанского собора, участия в которой он на самом деле не принимал. Между тем приближался долгожданный суд над участниками хождения в народ – «процесс 193-х». В числе подсудимых этого процесса были и губернаторская дочь Софья Перовская, и сын крепостных крестьян Андрей Желябов. Прежде чем продолжить историю революционного народничества, как она проявилась через судьбы его наиболее известных героев, следует рассказать коротко предшествующую биографию Желябова.


Аннушка, Оракул (1095), 7 дней назад

Правительство перешло к политике казней.


Мудрец, Ученик (25), 6 дней назад

25 ноября 1873г. Перовская была арестована вместе с группой рабочих, среди которых она вела пропаганду. Сделать это она не могла. Эти три года и были для нее теми годами бездеятельности, о которых писал, как мы помним, Кравчинский. Перовская не участвовала в хождении в народ в 1874г. и в первом этапе деятельности партии «Земля и воля». Однако обойти стороной эти моменты истории революционного народничества абсолютно невозможно.


Всезнайка, Оракул (780), 6 дней назад

В 1880 г. Перовская тесно сближается с членом Исполкома «Народной воли» Андреем Желябовым. В «Советской исторической энциклопедии» сказано так : «Была ближайшим другом, а затем и женой Желябова, его первой помощницей». Но все знавшие ее отмечали, что она выглядела очень молодо – так в 26 лет она выглядела 18-летней. После этого с октября 1873 г. Желябов жил в доме С. С. Яхненко, гласного Одесской городской Думы и члена городской управы. Желябов давал уроки дочерям Яхненко. О. С. Яхненко любила общество, где бы она могла блистать, любила мужа, но хотела, чтобы он был настоящим семьянином. Будучи человеком революции и для революции, Желябов и от жены требовал того же самого, т. е. прежде всего сближения с народом. И, как вспоминает народник И. П. Белоконский, : «Добрая Ольга Семеновна не могла не подчиниться властному призыву своего мужа, но это «сближение» было для нее мучительным делом». Народовольцы сражались, терпели поражение, истекали кровью. Ю. Давыдов. Глухая пора листопада. Того правда победит, кто за нее на эшафот взойдет и самой смерти в глаза взглянуть не побоится. М. Кулиш. Патетическая соната.


Олег Семьянов, Ученик (24), 6 дней назад

Семья разорилась и обеднела, жена Желябова сменила фамилию и снова стала Яхненко. Член ИК «Народной Воли» Л. Тихомиров так характеризовал отношения Перовской и Желябова: «Дожил я, наконец, до того, что видел Перовскую и в полном порабощении – у Желябова. Это была женщина : полюбила Желябова всей душой и стала его рабой». Особенно ярко проявилась сила любви Перовской к Желябову после его неожиданного ареста. При известии об аресте Желябова Перовская сначала даже не плакала, она вся дрожала. Ее уговаривали уехать из Петербурга,, скрыться куда-нибудь на время. Она никого не хотела слушать. Она вилась, как вьется птица над головой коршуна, который отнял у нее птенца, пока сама не попала ему в когти». Надо отметить, что связь Желябова с убийством царя не была обнаружена полицией, но он сам потребовал судить его вместе с другими. Из Петропавловской крепости Желябов сделал заявление : «Я требую приобщения себя к делу 1 марта». И его просьба была удовлетворена. Пока основные участники организации этого террористического акта находились в Петропавловской крепости, Перовская была на свободе. Она могла скрыться и уехать из России, но мысль о том, что ее возлюбленный подвергается смертельной опасности останавливала ее и держала ее в Петербурге, как на привязи. Полиция между тем искала ее по приметам. Перовская была арестована возле памятника Екатерины II околоточным надзирателем Широковым. Считалось, что Перовская провалила всю агентуру «Народной Воли» среди охранников Петропавловской крепости. Но, по разным обстоятельствам, власть не сумела оперативно воспользоваться этими данными. В последнем слове, отвечая прокурору, Перовская сказала : «Много, очень много обвинений сыпалось на нас со стороны г. прокурора. Сенат приговорил всех к повешению. При этом Перовскую, единственную из всех осужденных дворянку, лишили по приговору суда этого звания. Современный историк Н. Троицкий считает, что за сам факт цареубийства судить было некого. Желябова иногда называли в источниках «поэтом партии». Отчасти это, видимо, справедливо. Так в своих показаниях он сказал, что желающих убить царя добровольцев набралось 47 человек, а он выбрал лишь пятерых. Фактически же только эти пятеро ( Н. Рысаков, И. Гриневецкий, Т. Михайлов, Н. И. Кибальчич и С. Перовская) и согласились добровольно на непосредственное участие в цареубийстве. Оценивая события 1 марта 1881 г. лидер большевизма Л. Д. Троцкий говорил : «Без Радищева не было бы Пестеля. Без Пестеля не явился бы Желябов. Без Желябова мы не имели бы Александра Ульянова. А без Александра не было бы Владимира»(Ленина.-Авт.) Нам кажется, что в этой цитате вполне можно заменить «Желябова» на «Перовскую». Перед исполнением приговора к Перовской приехала мать. Дочь говорила ей на свидании, что встретит смерть с радостью и что ее даже страшит возможность помилования. В целом общество и особенно простой народ «оценивали», если можно употребить в данном месте это слово, убийство монарха очень негативно. Было немало случаев избиения на улицах студентов, людей интеллигентного вида и даже дворян. Эта толпа помнила, что убитый царь освободил крестьян, а любовь и ненависть его противников оставалась для нее в момент их казни совершенно чужой». Перед казнью все приговоренные обнялись и расцеловались между собой, но единственно Перовская отвернулась от Рысакова, когда он потянулся к ней с поцелуем. Рысаков был повешен первым. Второй была повешена Перовская. Палачи наложили Перовской на шею веревку, и в этот страшный момент в ней проснулся инстинкт самосохранения. Она сильно уцепилась ногами за какую-то выступающую часть верхней части лестницы и так крепко держала ее, что два дюжих палача с трудом вырвали лестницу от точно приросших к ней ног Перовской. В истории русского революционного движения Софья Перовская была первой женщиной, которая была казнена. Еще по пути к месту казни толпа сопровождала цареубийц злобными окриками. А двух женщин, проявившим к осужденным сочувствие, народ чуть не растерзал – их спасла полиция.


Петр Петрович, Ученик (13), 5 дней назад

И еще несколько штрихов к характеристике Желябова. Следует указать, впрочем, на черту характера Желябова, чрезвычайно вредную для революционного деятеля. Он умел увлекать людей, вести их за собой, но не понимал, что подобное влечение, если не опирается на надежный фундамент, оказывается кратковременным. В одном случае неумение Желябова разбираться в людях привело к катастрофическим последствиям для партии. В результате арестованный после цареубийства Рысаков сломался, выдав всех, кого мог, что не спасло его, впрочем, от виселицы. Будь на месте Желябова Михайлов, он едва ли бы допустил подобную ошибку.


Александр Первый, Ученик (14), 4 дня назад

Революция была для Желябова главным, но не единственным делом в жизни, иначе было бы невозможно лирическое интермеццо с женитьбой на дочери сахаропромышленника. Но именно потому, что революция была для него хотя не единственным, но главным делом жизни, лирическое интермеццо не могло не быть кратковременным. Ольга Яхненко искренне любила мужа и искренне хотела, чтобы тот взялся за ум и с помощью тестя принялся делать «серьезную карьеру». Поэтому отношения их не могли быть прочными. В Одессе, куда Желябов вернулся через какое-то время, он начинает сотрудничать с одесским филиалом общества чайковцев, филиалом, во главе которого стоял Феликс Волховский. Особенности социального происхождения и социальных связей Желябова не могли не наложить отпечаток на его идеологию.


Захар, Ученик (23), 4 дня назад

Софья Львовна Перовская родилась в 1853 г. в семье высшей российской аристократии.


Александр Шереваев, Ученик (23), 4 дня назад

Она ослабляет эту власть, нагоняет на нее панику, расстраивает ее функции, заставляет ее – в буквальном смысле этого слова – терять голову. В то же время, она умаляет ее авторитет и разрушает ту иллюзию неприкосновенности самодержавия, в которую так искренне верит большинство верноподданных. Впрочем, теоретизирование о пропаганде действием не было решающим фактором возникновения революционного террора. Систематическую вооруженную борьбу с самодержавием начнут не землевольцы, а погибшие в большинстве своем на виселицах 1879 года революционеры Киева и Одессы, возглавляемые Валерьяном Осинским. Значительная часть их была выходцами из бунтарских кружков более раннего времени, но, что характерно, террор начали они с убийства шпионов и полицейских – т.е. с самозащиты. То, что шпионов нужно убивать, было аксиомой для многих подпольных революционных организаций разных времен. Находившаяся в подполье в 1920-1930-е годы Компартия Польши, отрицавшая индивидуальный террор, неизменно делала исключение для убийства шпионов. На самом деле вооруженная борьба народников против самодержавия началась не с террора, а с вооруженного сопротивления при аресте и с попыток вооруженного освобождения арестованных товарищей. Мотивацией революционного террора далеко не в последнюю очередь выступало отмщение за казненных и замученных товарищей. Царь отказался удовлетворить ходатайство сената о смягчении приговора осужденным по процессу 193-х по настоянию шефа жандармов Мезенцова. Кравчинский заколет Мезенцова 4 августа 1878г., через два дня после того, как в Одессе расстреляют Ивана Ковальского. Когда Ковальского и его товарищей пришли арестовывать, они дали вооруженный отпор. За это Ковальского расстреляли. После убийства Мезенцова Кравчинский напишет брошюру «Смерть за смерть». В ней он будет отрицать мысль, будто индивидуальным террором можно совершить социальную революцию – «власть класса может свергнуть только класс» – и расценивать террор только как средство самозащиты. Позднее Кравчинский скажет: «Убийство – страшная вещь, хуже нее есть только одно – это безропотно сносить несправедливость». У матери она успеет пробыть меньше суток – к вечеру явилась полиция и вручила повеление об административной ссылке на север России, в Олонецкую губернию. Впрочем, идиллические времена еще не кончились. Деспотизм был суров, но бестолков и патриархален. Когда он не выдержал и заснул, Перовская толкнула дверь и удалилась, после чего, добравшись до Петербурга, стала революционеркой-подпольщицей. Вскоре после этого она снова уехала в Харьков – доводить до конца освобождение заключенных харьковского централа.


Ирина Поветко, Новичок (2), 3 дня назад

А.Д. Михайлов окончил одну – Новгород-Северскую – гимназию с другим замечательным народовольцем, Николаем Кибальчичем.


Похожие вопросы:

Добавить комментарий